История царя Харишчандры

Однажды при дворе Индры завязалась дискуссия о том, кто самый правдивый и добродетельный человек в трех мирах. Мудрец Васиштха утверждал, что в добродетели и праведности никто не превзойдет Харишчандру, правившего тогда в Арьяварте. «Никто не слышал о том, – говорил он, – чтобы Харишчандра когда-нибудь нарушил данное им слово или не дал брахману дара, о котором тот его просил. Он правит своим царством столь мудро и справедливо, что там нет ни горя, ни преждевременной смерти. Дожди всегда выпадают в положенное им время, и в стране царит изобилие. Вдовы не оплакивают своих мужей, а матери – своих детей. Царь никогда не стремится к осуществлению эгоистичных целей и правит страной в интересах и простых людей и брахманов. И я уверяю вас: нет во всех трех мирах более великого человека, чем Харишчандра».

Мудрец же Вишвамитра, всегда завидовавший славе Васиштхи, думал иначе. Он был достаточно высокого мнения о своей собственной особе и воспринял мнение Васиштхи в споре как оскорбление достоинства его и всех небожителей. Он недоумевал, как мог Васиштха возвысить смертного над небожителями и мудрецами. «Что ты знаешь о царях, о Васиштха? – громогласно вопрошал он своего соперника. – Ты ведь никогда не был царем, а брахману легко обмануться лицемерием правителей. Я сам был царем и знаю, чего они стоят. Большинство из них притворяются святыми, будучи в душе грешниками. Поэтому я прошу тебя здесь, ради богов и мудрецов, отказаться от своих высказываний о царе Харишчандре».

Но Васиштха не откликнулся на просьбу Вишвамитры и между мудрецами разгорелся горячий спор. Наконец Вишвамитра сказал: «Харишчандра, будучи царем, может позволить себе совершать добродетельные поступки. Ведь у него есть богатство, слава, здоровье, красивая жена и крепкий сын. Позвольте мне испытать, как он поведет себя, столкнувшись с трудностями, тогда я очень скоро покажу, что он за человек .

Боги согласились с ним, что это единственный способ разрешить спор, и разрешили Вишвамитре проверить, как Харишчандра поведет себя в несчастье. Они дозволили ему лишить Харишчандру всего, что тот имел – царства, жены, сына, богатства и счастья. Получив это разрешение, Вишвамитра заручился поддержкой недоброй планеты Шани (Сатурн), которая всегда была готова выполнять жестокие поручения.

И вот однажды, когда при дворе царя Харишчандры собрался дарбар, Вишвамитра вошел в собрание, одетый бедным брахманом. Увидев брахмана, царь тут же встал со своего трона и оказал соответствующие почести. Однако брахман остался стоять на месте с хмурым лицом, и казалось, что с его дрожащих губ вот-вот сорвется проклятие. Харишчандра встревожился и спросил его о причинах недовольства. «Наверное, я единственный голодный человек в этой процветающей земле, – сказал жалкий на вид, но высокомерный брахман, – и я пришел сюда, чтобы молить тебя об одном даре». И коварный брахман заставил Харишчандру поклясться, что тот выполнит любую его просьбу и даст ему все, что он ни попросит. Вырвав у него это обещание, Вишвамитра попросил царство Харишчандры. Царь, не выказав ни колебания, ни неудовольствия, тут же отрекся от своего царства в пользу Вишвамитры и объявил об этом при всем собрании.

Однако дар брахману должен был подтверждаться дополнительным даром – дакшиной. Вишвамитра, получив царство, тут же потребовал в качестве дакшины меру золота, равную весу Харишчандры. Тогда царь приказал открыть сокровищницу и принести это золото, но Вишвамитра воспротивился этому под предлогом того, что поскольку царь отдал свое царство, то и казна царства уже ему не принадлежит. Царь счел, что брахман прав, по не знал, каким образом ему раздобыть необходимое количество денег для дакшины.

«У тебя есть только одна возможность сделать это, – сказал Вишвамитра, -ведь вся твоя собственность – это лишь твоя жена, твой сын и ты сам. Продай ее и заплати мне мою дакшину. Если ты не хочешь согласиться на это, так и скажи, и я последую дальше своей дорогой, вернув тебе твое царство». Но Харишчандра отказался взять назад свое слово. Он скорее был готов умереть рабом, чем отступиться от обещания и остаться царем. Поэтому он решил продать все, что имел, т.е. себя, жену и сына и заплатить брахману, узаконив таким образом дарование царства.

Вишвамитра не разрешил царю продавать себя и членов его семьи в своем царстве, и поэтому царь направился в Бенарес, где выставил себя и свою семью на открытую продажу. Шани к тому времени принял облик торговца и ожидал в Бенаресе появления царя Харишчандры. Он купил царицу Тарамати и ее сына Рохидасу, поскольку специализировался на том, что подвергал мучениям женщин и детей. Другой сообщник Вишвамитры, обратившийся домом (т.е. хранителем площадки для сожжения умерших), купил Харишчандру. Вишвамитра забрал выручку с продажи как дакшину и возвратился в свое царство. Но некая тонкая его эманация всегда оставалась вблизи царя, чтобы он мог воспользоваться первой же удобной возможностью и погубить его.

Шани был мастером по части задавать трудные задачи. Тарамати должна была не покладая рук трудиться день и ночь, и ей лишь изредка дозволялось немного поспать. Ужасный старик постоянно придирался к ее работе, бранил ее, когда она попадалась ему па глаза, оскорблял и бил ее. Еще хуже он поступал с ее маленьким сыном.

Участь Харишчандры была не лучше. Дому было трудно угодить. Он давал Харишчандре какие-либо задания и тут же создавал множество препятствий для того, чтобы их было невозможно выполнить. Например, он просил принести воду, давая ему для этого кувшин с дырявым дном. Он давал еще много других поручений и всегда находил повод, чтобы побить его. Наконец Харишчандра был назначен стражем площадки для сожжения трупов, и его основной обязанностью стало наблюдать за тем, чтобы никто не мог воспользоваться местом для сожжения, не внеся сперва установленной платы.

Тарамати и Рохидаса жили в нищете в доме несносного Шани. Но все-таки иногда они улучали минутку, когда злая планета не смотрела на них, чтобы посвятить ее любви друг к другу. Шани узнал об этом, и решил с помощью Вишвамитры положить этому конец. Они подстроили так, что, когда ребенок срезал траву на пастбище своего господина, его ужалила ядовитая змея. Мальчик тут же скончался, а его мертвое тело принесли к Тарамати. Любящая мать горько зарыдала и запричитала по умершему сыну. Но Шани словно из-под земли вырос и упрекнул ее в неуместности чувств. Он сказал, что из-за смерти мальчика он потерпел огромный убыток, она же, вместо того чтобы стараться восполнить его более упорной работой, предается бессмысленному плачу, словно это может воскресить сына. Он уже собирался помочь ей понять это с помощью дубинки, которую он держал в руке, когда Тарамати бросилась перед ним на колени, умоляя его отпустить ее на несколько часов, чтобы отнести сына на место для кремации и сжечь его тело в соответствии с установленным обычаем. Даже Шани не мог отказать ей в такой просьбе. Кроме того, он не хотел, чтобы мертвое тело долго находилось вблизи его дома. Но, когда Тарамати напомнила, что у нее нет ни гроша, чтобы заплатить дань дому, Шани сказал, что это его не касается. Никто не помог ей нести труп на площадку для кремации. Поэтому тело сына царя Харишчапдры должна была нести к месту сожжения трупов его собственная мать!

В одиночестве, под проливным дождем, с сердцем, снедаемым горем, и с глазами, полными слез, царица Тарамати несла тело мальчика к месту сожжения. У ворот путь ей преградил страж, спрашивая плату за сожжение. Харишчандра узнал свою жену, как и Тарамати – своего мужа. Они пали друг другу в объятия, и царица рассказала, что случилось с нею, а также о смерти их любимого сына. Харишчандра плакал с ней вместе, слыша о ее злоключениях. Он тоже рассказал ей о собственных несчастьях и о его нынешней постыдной службе.

Но все-таки дом должен был получить свою плату, и Харишчандра по долгу службы начал требовать ее со своей супруги. Ни ее уговоры, пи его любовь к жене и сыну не могли бы заставить его сделать что-либо предосудительное по отношению к закону. «Дорогая, – сказал он супруге, – с моей стороны было бы неправильно допустить тебя с мертвым ребенком на площадку для сожжения, если ты не уплатишь соответствующие подати моему хозяину. Скорее я переживу, что моя жена умрет от горя и тело сына будет разлагаться перед моим носом, чем лишу моего хозяина платы, причитающейся ему по закону». Тарамати пришла в отчаяние. Материнская любовь к умершему мальчику сделала ее глухой к доводам мужа. Точно обезумев, она с силой тигрицы оттолкнула стража прочь, бросилась на площадку, положила тело на сложенный погребальный костер и подожгла его. Харишчандра, не будучи в силах помешать ей, наблюдал за всем этим, стоя у ворот. В этот момент по указанию Вишвамитры на сцене появился дом, требуя от стража платы, которую тот должен был взыскать за свершаемую кремацию. Харишчандра рассказал ему, как все было, но дом притворился, что не верит ему.

Он обругал Харишчандру и жестоко избил его за то, что тот пренебрег своими обязанностями. Затем он подошел к горящему костру, разбросал и затоптал его, после чего приказал Тарамати взять обугленное тело сына и прогнал ее с площадки для сожжений.

Но на этом мучения Тарамати не закончились. Безжалостный Вишвамитра распустил в городе слух, что у места для сожжения трупов видели ведьму, которая сожгла живьем своего сына, и дом поймал ее.

Народ бросился на площадку для кремации, и, увидев Тарамати с обгоревшим трупом сына, все, естественно, приняли ее за ведьму. Ведь к тому же страшное испытание сказалось на рассудке несчастной женщины, и ее взгляд был похож на дикий взгляд ведьмы. Ее схватили служители закона и препроводили к судье. В этот момент Вишвамитра появился перед Харишчандрой и, пообещав ему немедленное возвращение всего царства, а также освобождение Тарамати, предложил ему согласиться с тем, что, отдав свое царство, он поступил глупо, и на словах потребовать его назад. Но Харишчандра не согласился взять назад однажды им данное слово, позволяя событиям развиваться своим ходом, не взирая на последствия.

Тарамати не могла сама отстаивать свою невиновность, и по наговору дома она была приговорена к смертной казни. Поскольку же смертный приговор в те времена исполнялся владельцем площадки для сожжения трупов, то дом приказал исполнять работу палача Харишчадре.

Царицу привели на площадку для кремации, чтобы отрубить ей голову. Она стояла с руками, связанными сзади, а за ее спиной стояла в ожидании экзекуции воющая толпа. Харишчандра с жалостью посмотрел на белоснежную шею супруги, которую он с такой нежностью ласкал в более счастливые дни и которую теперь ему надлежало разрубить на две части своей собственной рукой. Он знал, что на Тарамати не лежит никакой вины. Но, как палач, он не должен был думать о том, есть ли что на душе у приговоренного, а исполнять свою работу. Он не собирался пренебрегать своими обязанностями даже сейчас. Харишчандра не мог бы поступить иначе. Он был готов нанести роковой удар.

А боги поглядывали на все это сверху. Эфир дрожал от проклятий, которыми небожители потчевали Вишвамитру. И вот Харишчандра поднял меч, чтобы нанести смертельный удар. Но, о чудо! Поднятая рука застыла в воздухе. С неба послышался глас, объявивший о безвинности Тарамати и о величии Харишчандры. Внезапно на месте казни появились три великих бога и провозгласили, что Вишвамитра проиграл. Ему повелели отдать назад царство Харишчандры. Затем Брахма вернул Рохидасу к жизни, и счастливый мальчик, став еще краше, чем прежде, обнял своих родителей. Боги пролили дождь из небесных цветов на Харишчандру и его семью. Веселье и радость охватили три мира, а Вишвамитра и его приспешники, стыдясь своего поражения, незаметно исчезли.

* * *

Еще одна версия истории о царе Харишчандре

Вишвамитра питал вражду к царям Солнечной династии. В действительности же это была вражда не с самими царями, а с Васиштхой. Вишвамитре не нравилось, что Васиштха был семейным жрецом царей Солнечной династии. Поэтому Вишвамитра относился к ним с неприязнью. Такова предыстория ссоры между Харишчандрой и Вишвамитрой.

Первой женой Харишчандры стала Чандрамати, дочь Шиби. Кроме нее у него было еще девяносто жен, но детей не было. Наконец, по совету Васиштхи он отправился на берега Ганги и предался подвижничеству, чтобы удовлетворить Варуну. Вишвамитре это пришлось не по нраву. Варуна предстал перед Харишчандрой и пообещал, что у того родится сын. В свою очередь, царь пообещал Варуне принести своего сына ему в жертву. Чандрамати забеременела и родила сына, которого назвали Рохиташвой. Прошел месяц, но Варуне его так и не отдали. Время от времени Варуна требовал ребенка; Харишчандра под разными предлогами отказывал. Наконец, царь согласился отдать его Варуне в возрасте одиннадцати лет, после церемонии упанаяна (вручение священного шнура). Мальчику исполнилось десять лет. Во дворце шли приготовления к упанаяне, и вдруг появился Варуна. Царевич, которому было известно, что отец собирается принести его в жертву после упанаяны, убежал из дворца в ночь. Варуна попросил царя отдать ему мальчика. Царь был в великом замешательстве. Варуна проклял царя заболеть водянкой (джалодхара, санскр.), что и произошло. От путников Рохиташва узнал, что его отец болен. Он неоднократно пытался вернуться во дворец. Но Индра появлялся перед ним в личине брахмана и отговаривал от этого.

Харишчандра позвал Васиштху и попросил его найти средство от этой напасти. Васиштха посоветовал ему так или иначе выполнить обещание, данное Варуне: «Есть десять типов сыновей. Купленный ребенок тоже к ним относится. Так что вполне уместно купить себе сына и принести его в жертву. Можно найти брахмана, который бы согласился продать своего сына. Ты исцелишься, если Варуна станет доволен тобою».

Царь был в восторге. Он отдал распоряжение своему советнику: найти любого брахмана, который бы согласился продать своего сына. Нашли алчного брахмана по имени Аджигарта, у которого было трое сыновей. Он был готов продать своего второго сына, Шунахшепу. Советник согласился выкупить его за сотню коров. Вплоть до этого времени Вишвамитра вел «холодную войну» против царей Солнечной династии. После данного случая началась открытая война. Советник выкупил Шунахшепу и привел его во дворец. Там же появился и Вишвамитра. Он сочувствовал Шунахшепе, который жалобно рыдал. Вишвамитра попросил царя освободить мальчика и пригрозил ему, что если этого не сделать, жертвоприношение не удастся. Царь сказал, что делает это ради исцеления, посулил Вишвамитре щедрую мзду, и попросил его никоим образом не препятствовать жертвоприношению. Эти слова и несчастье мальчика смягчили гнев Вишвамитры. Он позвал Шунахшепу и научил его варуна-мантре, которую последнему надлежало повторять, лежа на жертвенном камне. Это должно было спасти его от смерти. Шунахшепа так и поступил.

Варуна был доволен им и предстал перед царем со словами «Оставь Шунахшепу в живых и продолжай жертвоприношение. Ты исцелишься», после чего исчез. Царь тут же выздоровел. По приказу царя Шунахшепу освободили.

Возгласы «Джая! Джая!» огласили зал для жертвоприношений. Шунахшепа спросил: «О великие, кто же теперь мне отец? Некоторые говорят, что Аджигарта. Другие не соглашаются с ними и называют моим отцом Харишчандру. А третьи полагают, что это Варуна». Тогда со своего места поднялся Васиштха: «О великие, пожалуйста, прекратите спорить. Я отвечу согласно заключениям Вед. Назначив цену своему сыну и получив за него плату, Аджигарта потерял свое отцовство. Таким образом, Харишчандра, купивший мальчика, стал его отцом. Однако с того самого мгновения, как он отдал приказ связать мальчика и поместить его на жертвенный камень, он тоже потерял право называться его отцом. Мнение о том, что теперь отец мальчика – Варуна, спасший его от смерти, тоже не соответствует истине. Любому богу приятно, когда его славят мантрами; за это боги вознаграждают своих почитателей богатством, спасают им жизнь, обеспечивают коровами, наделами земли и т.д. Все это неудивительно. Но это Вишвамитра научил Шунахшепу варуна-мантре, когда тому грозила опасность. Поэтому один лишь Вишвамитра может претендовать на отцовство».

Присутствующие согласились. Вишвамитра немедленно увел Шунахшепу в свою обитель.

Узнав о том, что царь исцелился, Рохиташва вернулся из лесу во дворец. Харишчандра принял его со слезами радости на глазах. Царь со своей царицей и наследником зажил счастливо, справедливо правя подданными. Главным жрецом на прославленном жертвоприношении раджасуя он назначил Васиштху. Так слава Харишчандры распространилась повсюду.

С этого начался следующий этап противостояния между Вишвамитрой и Харишчандрой. Однажды Васиштха попал на небеса. В то же самое время там оказался и Вишвамитра. Полубоги оказали почести обоим. Но Вишвамитра заметил, что Васиштху окружили несколько большим почетом. Это было невыносимо для Вишвамитры, и он спросил Васиштху: «Чем ты лучше меня?» Васиштха ответил: «Неужели не слышал ты о Харишчандре, царе Солнечной династии? Это благороднейшая династия в мире. Семейный жрец этой династии тоже достоин почестей. Мой ученик Харишчандра, принадлежащий к этому царскому роду, только что совершил жертвоприношение раджасуя, на котором я был главным жрецом. Это особое положение, удостаивается которого далеко не всякий. Более того, нет никого в мире, более правдивого, щедрого и великодушного, чем Харишчандра. В этом нет сомнений». Вишвамитра пришел в гнев и возразил, что Харишчандра не правдив. Он потратил все плоды своего подвижничества, чтобы доказать это.

Отныне усилия Вишвамитры были направлены на то, чтобы сбить Харишчандру с пути истинного. Однажды на охоте Харишчандра встретил в лесу женщину, которая жалобно стенала. Царь спросил, почему она сетует. Она ответила: «О царь, я – Сиддхи-рупини (богиня, которая помогает людям добиваться желаемого). Вишвамитра предается подвижничеству, чтобы добиться меня. Прошу, защити меня!» Царь заверил ее, что ей не о чем тревожиться. Он отправился в обитель Вишвамитры, попросил отшельника прекратить подвижничество, подчеркнув, что «оно повредило многим жителям страны», и вернулся во дворец.

Вишвамитра пришел в гнев и незамедлительно принял меры против Харишчандры. Он превратил огненного асура в кабана и отправил его в сад Харишчандры. Кабан испортил сад. Все попытки стражей изловить кабана провалились. О происшедшем доложили царю. Он тут же оседлал коня и, вооруженный, направился в сад. Кабан, однако, не обратил ни малейшего внимания на стрелы, выпущенные царем, и убежал прочь. Царь стал преследовать животное. Когда, казалось, кабан уже был совсем рядом, он вдруг оказывался вдали, затем – прямо перед царем, и внезапно – позади, а потом и вовсе исчез. Так кабан играл перед царем.

Через некоторое время царь отделился от сопровождавшей его армии и обнаружил себя в полном одиночестве в лесной чаще, из которой не мог выбраться. Он потерял дорогу и заблудился. Медленно бредя по лесу, он вышел к чистому роднику. И царь, и его конь утолили жажду. Пока царь стоял там, не зная, куда идти, перед ним появился Вишвамитра в обличье старого брахмана. Царь почтил старца и сказал, что он – Харишчандра, царь Айодхьи, который, преследуя кабана, испортившего его сад, попал в этот лес: «Должно быть, ты слышал о Харишчандре, царе Айодхьи, совершившем жертвоприношение раджасуя. Он перед тобой. Я поклялся давать каждому все, о чем бы меня ни попросили. Если хочешь денег или чего угодно – просто приди в Айодхью, и я исполню все твои желания». Старец был доволен. Он сказал царю, что лесной ручей протекает по святому месту, и лучше сначала омыться, прежде чем предлагать дар. Царь омылся и снова обратился к старцу: «О господин, я готов предложить дары. Скажи, что тебе нужно. Я поклялся давать людям то, о чем меня просят. Во время раджасуи я принял этот обет на благо всех вас. Я рад встрече с тобой на берегу этого святого источника». Брахман сказал: «О царь, мне известна твоя слава. Более того, нет никого в мире, кто был бы равен Харишчандре, потомку Солнечной династии, сыну Тришанку, в великодушии. Так полагает отшельник Васиштха. Я хочу только одного. Мой сын помолвлен, а у меня нет денег на свадьбу. Помоги мне с этим». Царь счел это очень легкой задачей и пообещал выделить необходимую сумму. Воспользовавшись иллюзионным искусством гандхарвов, Вишвамитра создал юношу и девушку и, указав на них царю, назвал их своими сыном и дочерью. Довольный обещанием царя, он показал ему дорогу ко дворцу.

Приготовив все необходимое для свадьбы, Вишвамитра явился к царю Харишчандре. Тот попросил его назвать требуемую сумму. «Отдай мне твое царство со всеми слонами, лошадьми, колесницами, драгоценностями и богатствами», — сказал Вишвамитра. Царю ничего не оставалось, кроме как согласиться. Так Вишвамитра завладел царством и всем имуществом Харишчандры. Утверждается: что бы ни дарили брахману, вместе с подарком полагается дать дакшину (деньги), иначе пожертвование не принесет плода. Царь спросил брахмана, какую бы дакшину тому хотелось получить. Тот попросил 2,5 бхары золота. Царь согласился. Но где было взять это золото, если царство и все имущество ему более не принадлежало? Глубоко несчастный, царь сел наземь, проклиная судьбу. Царица тоже зарыдала. Пока он рассказывал жене обо всем случившемся, Вишвамитра появился перед ним и сказал: «Харишчандра! Подарив мне царство и все имущество, ты лишился всего. 2,5 бхары золота в качестве дакшины нужны мне прямо сейчас». Харишчандра: «О господин! Согласно моему обещанию, получи все прямо сейчас. Мы немедленно покинем страну. Но коль скоро я отдал тебе все свое имущество, где же мне взять дакшину для тебя? Все, что я имел, отныне твое. Но все же нужно раздобыть дакшину. Так что получи свой дар прямо сейчас. Дакшину следует поднести чем раньше, тем лучше».

Отдав все отшельнику, царь покинул страну в чем был. Его жена и ребенок последовали за ним. Отшельник тоже отправился за царем, требуя дакшину. Царь сказал ему, что не прикоснется к пище, пока не отдаст этот долг, и что дакшина будет поднесена не позже чем через месяц. Вишвамитра нехотя согласился.

Вместе с женой, Чандрамати, и юным сыном Харишчандра достиг Каши. Через месяц Вишвамитра появился там же, требуя дакшину. Не видя другого способа решить эту задачу, Чандрамати обратилась к мужу: «Мой господин! Продай меня кому-нибудь и погаси тем самым этот долг». Со слезами на глазах царь согласился с ее предложением. От горя оба пали наземь без чувств. Голодный ребенок сидел подле них и плакал. Вишвамитра находился тут же, требуя дакшину. Придя в себя, Харишчандра продал любимую жену брахману из близлежащей деревни. Этим брахманом был, опять же, Вишвамитра, о чем Харишчандра не знал. Получив крору золотых слитков, Вишвамитра завязал их в ткань, а затем схватил Чандрамати за волосы и поволок по земле. Он купил и плачущего ребенка. Брахман увел мать и дитя, погоняя и побивая их, как животных.

Когда они исчезли с поля зрения царя, Вишвамитра снова предстал перед Харишчандрой и попросил денег. Харишчандра отдал Вишвамитре все вырученные деньги. Но отшельник не удовольствовался и этим. Он сказал, что данной суммы недостаточно; что во время грандиозного жертвоприношения раджасуя была роздана куда более щедрая дакшина, и что если царь хочет получить полное благо от той ягьи, ему следует исполнить его просьбу, добавив недостающую сумму. Царь не сомневался ни в едином слове отшельника. Вишвамитра требовал добавочную сумму. Царь попросил дать ему время. Вишвамитра согласился ждать только до захода солнца. Как только Вишвамитра удалился, Харишчандра побрел, понурив голову и взывая: «Сгожусь ли я кому-нибудь? Кто согласится купить меня?» Внезапно перед ним появился пария. Он и купил Харишчандру. Этого парию звали Правира. Он купил Харишчандру, чтобы сделать его сторожем крематория, взимающим плату за кремацию. Вишвамитра поспешил туда же. Пария дал Вишвамитре 10 йоджан земли, богатой самоцветами, близ Праяга. Только после этого Вишвамитра отправился восвояси.

Царь парий привел Харишчандру к крематорию. Днем и ночью Харишчандра сторожил вход туда.

В это время сын Харишчандры умер от укуса змеи, играя с другими детьми на берегу Ганги. Его мать Чандрамати, узнав об этом, упала наземь без чувств. Едва придя в себя, она заголосила, оплакивая сына. Затем она попросила у своего хозяина разрешение пойти туда, где лежало тело. Но хозяин не позволил ей никуда идти. Снова и снова она со слезами умоляла его. Наконец, брахман разозлился и вскричал: «Эй, рабыня! Если твой сын мертв, ему уже не помочь. Что ты теряешь? Это мои деньги пропали. Занимайся своим делом. Откажешься – дам плетей. Помни об этом! Ты знаешь, какая эта плеть хлесткая. Перестань ныть и причитать!»

Чандрамати настаивала на том, чтобы увидеть мертвого сына. Но хозяин не только не дал ей разрешения на это, но и избил ее. Плача, она вернулась к исполнению своих обязанностей. Настала ночь. Брахман поужинал и лег спать. Чандрамати сидела у его стоп и растирала ему ноги. Около полуночи жестокосердный старик сказал: «А теперь можешь идти. Сожги его тело и вернись до рассвета. Твои ежедневные утренние обязанности должны быть исполнены. Иначе – ты знаешь, чем это чревато».

Чандрамати побежала увидеть мертвое тело сына. Бездыханный, мальчик лежал на траве, и тело его посинело от змеиного яда. В свете зарниц ей удалось разглядеть его лицо, и она громко зарыдала. На ее плач сбежались люди из окрестных домов. Чандрамати ничего не отвечала на их расспросы. Некоторые сочли ее призраком. Другие намеревались убить ее. Кто-то схватил ее за волосы, кто-то – ударил. В довершение всего ее связали веревкой, потащили к крематорию и попросили Харишчандру, стоявшего на страже, изрубить ее на куски. Тот отказался убивать женщину. На место событий пожаловал царь парий и дал Харишчандре большой меч, снова и снова приказывая ему изрубить несчастную на куски. Чандрамати и Харишчандра не узнали друг друга. В конце концов, опасаясь противиться своему хозяину, Харишчандра занес над ней меч. Тогда Чандрамати закричала: «Эй, пария! Мой мертвый сын лежит на берегу Ганги неподалеку от этого города. Позволь мне принести сюда его тело и кремировать. Дай мне время только на это. Затем я приду сюда и сяду перед тобой, чтобы ты изрубил меня на куски». Харишчандра согласился.

Прорыдав всю дорогу, Чандрамати вернулась на берег Ганги за мертвым телом и принесла его к крематорию. Видя ее горе, Харишчандра подошел поближе к мертвому мальчику и откинул саван. От змеиного яда тело ребенка посинело и изуродовалось.

После всего, что им довелось пережить, Харишчандра и Чандрамати не узнавали друг друга. Но по голосу женщины Харишчандра понял, что она – никто иная, как его супруга Чандрамати. Тогда он тоже громко зарыдал. Чандрамати узнала в нем своего мужа. И все же Харишчандра сказал, что если ребенка кремировать бесплатно, это будет нечестно по отношению к его хозяину. Наконец, оба решили покончить с жизнью до исхода ночи. Не теряя времени, Харишчандра собрал полуобгорелые дрова и соорудил костер, достаточный для того, чтобы кремировать тело ребенка, а затем войти в огонь им обоим. Он поместил тело сына на дрова и зажег огонь.

Харишчандра и Чандрамати стояли с закрытыми глазами, готовые войти в яркое пламя. Тогда перед ними предстал Брахма и запретил делать это. Индра и другие полубоги пролили с небес амриту (нектар). Ребенок вернулся к жизни и восстал из огня. Царь и царица вернули себе сиятельные обличья, царские одеяния и украшения. Пария, который был хозяином Харишчандры, на самом деле оказался Дхармадевой. Все полубоги благословили Харишчандру, а Вишвамитра вернул праведному царю его царство. Узнав о возвращении царя и царицы, их подданные возликовали. После этого Рохиту помазали на трон Айодхьи, а полубоги вернулись на небеса, забрав с собой Харишчандру

(«Деви-бхагавата», сканда 7).

* * *

… и еще одна краткая версия истории о царе Харишчандре

Харишчандра, царь Айодхьи, был добрым царём, очень любимым своим народом. Однажды во время охоты, Харишчандра случайно нарушил аскетическую практику одного мудреца, направленную на приобретения оккультных сил. «Как я могу компенсировать твои потери?» — спросил царь. «Я мудрец. Мне ничего не надо от материального мира. Однако, потревожив меня, ты забрал всё, что я желал бы получить из духовного мира».

Чувствуя себя виновным, Харишчандра сказал: «Для того чтобы компенсировать твою потерю, я предлагаю тебе всё, что есть у меня в материальном мире». Харишчандра решил отдать мудрецу свою корону и своё царство и удалиться в лес без всего, только с женой Taрамати и сыном Рохитом. Когда он уходил, мудрец остановил его: «Ты должен отдать мне плату за то, что я принимаю твое царство, чтобы было ясно, что ты отдаешь его не из благотворительности. Этот ритуал даст возможность избавить тебя от бремени вины. Я думаю, тысячи золотых монет будет достаточно». Чтобы оплатить эту плату, Харишчандра, у которого не осталось к этому времени ни гроша, продал на невольничьем рынке себя, свою жену и своего сына и отдал эти деньги мудрецу.

Харишчандру купил чандала, хозяин крематория. Taрамат и Рохит, в качестве слуг, были куплены одним священнослужителем. Царь Харишчандра и его жена царица Taрамати приняли свою судьбу без протеста. Однажды Рохита укусила ядовитая змея, и он скончался на месте. Когда Taрамати принесла труп сына в крематорий, то Харишчандра оплакивал своего сына, но отказался кремировать его, пока его жена не отдаст хозяину крематория плату за сжигание тела. У Taмарати не было денег. «Тогда отдай мне свою одежду, которую ты носишь. Иначе наш ребенок не будет кремирован”, — потребовал Харишчандра. Taмарати повиновалась. Когда она начала раздеваться, то в крематории, пораженные этим проявлением абсолютной покорности судьбе, появились боги. Они постановили — Харишчандра достоин пребывания в Сварге.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Решите задачку *